Тема: Судебная практика
Бурмистр.ру
Взыскание долгов за выморочные квартиры с муниципалитета выглядит для управляющей организации как пустяковое дело. Городской бюджет всегда платёжеспособен, исполнительные листы худо-бедно отрабатываются, суды удовлетворяют требования. Алгоритм работает…. А мы расскажем вам о том, какими новыми красками играет жизнь юриста, когда появляется наследник выморочной квартиры…
Наш любимый (от всей души) Арбитражный суд Уральского округа показал, что происходит дальше, а нижестоящие суды отправились «переделывать работу». А заодно вскрылись ошибки в применении норм наследственного права, которые, честно говоря, удивляют для судов такого уровня.
Итак, в ковидном 2020 году умирает некая женщина, собственница половины доли в коммуналке. Нотариусы отписались на запросы о том, что наследственное дело не открывалось, наследники не объявились.
К августу 2023 года на лицевом счёте накапливается задолженность в размере семидесяти тысяч рублей (с пенями). Управляющая компания «ЖЭК-Максимум» подаёт в суд на Администрацию города.
Суд первой инстанции в декабре 2023 года требования УО удовлетворяет, а в апреле 2024 выводы поддерживает арбитражный апелляционный суд. Логика выглядит безупречной: наследников нет, имущество признаётся выморочным по ст. 1151 ГК РФ, право собственности муниципалитета возникает в силу закона со дня открытия наследства. Город обязан платить. И город платит.
Но в мае 2025 года картина меняется: суд общей юрисдикции восстанавливает срок принятия наследства для супруга покойной. Вдовец проживал в соседнем городе, а о существовании коммуналки вообще не знал (мы безоговорочно верим, ибо так обычно и бывает: женятся взрослые люди, кому какое дело до добрачного имущества).
Как бы то ни было, суд общей юрисдикции признаёт мужчину принявшим наследство в размере половины доли.
Администрация города получает копию решения и в июле подаёт в арбитражный суд заявление о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам. Суть в том, что бюджетные деньги уже ушли в УО, а город хочет либо вернуть их, либо «переложить» долг на физическое лицо.
Но здесь суды первой и апелляционной инстанций отказывают Администрации, опираясь на процессуальный формализм: решение СОЮ они квалифицируют исключительно как новые доказательства, а не как новые обстоятельства.
Апелляция выстраивает конструкцию «фактического владения»: квартира стояла пустая, супруг там не жил, значит, город де-факто тянул лямку собственника.
В постановлении апелляции написано буквально следующее:
«Вплоть до вступившего в законную силу решения Трехгорного городского суда… Администрация фактически вправе была осуществлять все полномочия собственника в отношении данного жилого помещения, как выморочного».
Звучит убедительно. Но это неверно.
Арбитражный суд Уральского округа уже в июне 2026 года отменяет акты нижестоящих инстанций, жёстко разделив понятия «новые доказательства» и «новые обстоятельства».
Факт признания наследника в суде означает признание права собственности в порядке наследования. И здесь вступает в игру п. 4 ст. 1152 ГК РФ. Право собственности возникает в момент открытия наследства, с 01.02.2020. Ретроспективно, а не с даты решения СОЮ, не с даты регистрации.
Кассация цитирует норму:
«Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на...
Рассылка новостей ЖКХ
а также наших статей
Подписалось уже
20369 человек
Подпишись на рассылку новостей ЖКХ, а также наших статей!
Спасибо, вы успешно подписались на рассылку!